Contribution to International Economy

  • 1. Место имен собственных и нарицательных в лексике немецкого языка
План
Введение
1. Место имен собственных и нарицательных в лексике немецкого языка
2. Общая классификация имен собственных
3. Понятие имен собственных, отличительные черты
4. Анализ имен собственных на примере текста
Выводы
Список использованной литературы

Введение
В лексике любого языка есть один очень важный и специфичный для данного языка разряд слов - имена собственные. Они отличаются от других полноценных слов, называемых нарицательными (апеллятивными), своей функцией в языке и лексическими качествами. Многие имена собственные этимологически непонятны сегодня, но хранят исторически ценную информацию, извлекаемую из них антропологами, археологами и историками культуры.
Значительное число имен собственных представляет собой ассимироровавшиеся в немецком языке иноязычные имена, не менее значительно число иностранных имен собственных, которые приобрели широкую известность, особенно растет их число в наши дни благодаря разнообразнейшей информации, сообщаемой прессой, телевидением, радио и кино, В определенных условиях имена собственные могут «перерождаться», превращаясь в нарицательные. Этот процесс называется апеллятивацией.
Имена собственные часто называют в лингвистике «онимами» (греч. Онома «имя, названме»). В зависимости от принадлежности именуемого объекта различают разные типы онимов, главные из которых:
Антропонимы – имена собственные людей личное имя, фамилия, прозвище, псевдоним, кличка, например: реальные лица Hermann Hesse, Richarr Straub, Nathan der Weise, Felix Krull, псевдонимы Hans Fallada, клички Dűrri (Durrenman);
топонимы – это названия любых георгафических объектов: Berlin, Ezzgebirge, Nordsee, Rűgen, Australien, Bermudas;
зоонимы – собственные имена (клички) животных – домашних или диких, реальных литературных персонажей: клички собаки Hasso, литературные герои: Kater Murr (E.T.A. Hoffman. «Lebensansichten des Kater Murr nebst fragmentarischer Biograpfie des Kapellmeisters Kreisler») Alta Troll, Mumma (H.Heine Alta Troll).
Хорошие знания немецкого языка требуют от иностранца культурных знаний, частично «закодированных» как в именах собственных, так и в нарицательных, а также и в апеллятивах, образовавшившихся от онимов (отонимных дериваватов).
Цель работы – рассмотреть историческое значение имен собственных в немецком языке, дать классификацию собственных имен и рассмотреть их значение на примере текста исторического характера.
Задачи работы:
1. рассмотреть типы имен собственных на примере из названий литературных героев, кличек животных, названий городов;
2. сделать акцент на именах литературных и исторических;
3. показать специфику имен личных в немецком языке;
4. рассмотреть особенности апеллятивов;
5. остановиться на именах собственных, входящих в состав сложных слов – наименований вещей;
6. рассмотреть топонимические классификации;
7. показать специфику естественно возникших и искусственно созданных имен;
8. рассмотреть топоосновы;
9. показать основные модели имен собственных.
Первейшая, исходная функция онимов – одна – называть конкретный объект, быть его и только его именем. В этом кардинальное отличие этого разряда лексики от апеллятивов, которые означают не единичный объект, а все объекты одного данного рода.
В отличие от апеллятивов онимы только называют объект, выделяя его этим способом из всех объектов данного рода, Так, называя человека его личным именем, например, Maх Krause, мы выделяем его из всех лиц мужского рода. Вместе с тем многие онимы обладают в сознании носителей языка некоторым ассоциативным ореолом, закрепившимся за ним на базе фоновых, энциклопедических знаний об объекте. Личное имя Max Planck связано в сознании достаточно образованных людей с физикой («он знаменитый физик»), а в зависимости от эрудиции и более конкретно («он родоначальник квантовой теории»).
Топоним Cecilienhof – название дворцового комплекса близ Потсдама – вообще приобрел определенную известность благодаря тому, что именно там состоялась в 1945 году встреча глав держав – победительниц (Потсдамская конференция).
Личное имя реально существовавшего барона фон Мюнхаузена (1720-1797) – полностью звучит так: Karl Friedrick Hieron, Freiherr V.Műnchhausen auf Bodenwerder – приобрело мировую известность как символ безудержно веселого лжеца, хотя мало кому известна история приключений героя.
Несмотря на длительное изучение взаимоотношений понятий имя собственное / имя нарицательное здесь много неясного.
«К числу дискуссионных, сугубо теоретических вопросов можно отнести: типы имен собственных и критерии их ограничения от характеризующих знаков (нарицательных имен), характер семантики индивидуализирующих слов, сфера преимущественного обслуживания».
В немецком языке имеется большое число имен собственных, «принадлежащих» лицам, географическим объектам, объектам этнокультуры и этноистории, конкретным предметам, Наряду с этим немецкий язык интегрировал – как любой национальный язык – множество собственных имен, сложившихся в других языках, этнокультурах.
Как и в других языках, имена собственные способны сближаться с нарицательными и даже переходить в этот класс. Теоретическая проблема апеллятивации сложна и представляет общелингвистический интерес.
Наиболее актуальным представляются в этом плане имена литературные и исторические, именно они обладают широким ассоциативным ореолом, который позволяет использовать эти имена для иносказаний и в журналистике.
Историческими именами принято называть личные имена реально существовавших лиц, известных своей деятельностью последующим поколениям. Многие исторические лица стали героями литературных произведений и именно благодаря им продолжали быть известными. Носители литературных имен – вымышленные, но сами имена либо искусственно созданы авторами литературного произведения (sprechende Namen – «говорящие имена»).
Для топонимов характерно все то, что сказано о именах людей, они могут быть реальными и вымышленными, древними и новыми, этимологически затемненными ясными, могут становиться апеллятивами. И носителям языка, несмотря на прививаемые школой с детства знания, часто неизвестны многие исторические и литературные подробности, вызвавшие популярность онимов и обеспечившие им ассоциативный ореол – коннотации.
У иностранцев некоторые онимы вызывают определенные ассоциации. Знание этой части немецкой лексики расплывчато и поверхностно. Так, родовое имя Нибелунги Nibelungen (суффикс –ungen, вариант –ingen служил для образования имени рода: Каролинги, Капетинги) очень многим стало известно благодаря названию оперы Вагнера «Кольцо Нибелунгов» («Ring der Nibelungen»). Какое именно кольцо и какое отношение оно имеет к Нибелунгам, объяснит не каждый. Известен персонаж немецких легенд Зигфрид, чье имя – символ «белокурого, голубоглазого воина – немца», ассоциируется и с наименованием «линия Зигфрида», а в связи с великой Отечественной войной – с названиями некоторых частей СС.
Но для носителей немецкого языка «Песнь о Нибелунгах» имеет такое же культурное значение, как «Песнь о Роланде» для французов, «Слово о полку Игореве» для русских. Поэтому и персонажи этого произведения известны широко, а их имена символы: Siegfried – «герой», «сильный и благородный воин».
Крылатой стала фраза из баллады Л.Уланда: «Jung Siegfried War Ein Stolzez Knab». Даже если читатель не знает всех перипетий служения Зигфрида королю Гунтеру, завоевания девы Брунхильды, спор Брунхильды и Кримхильды, то имена собственные всегда на слуху у носителя немецкого языка.
Таким образом, многие собственные имена, даже неизвестные читателю, связаны определенными ассоциациями с другими словами, которые помогают воспроизвести в воображении образ и связанные с ним понятия.

1. Имена литературные и исторические
Многие имена исторических лиц связаны в памяти носителей языка, а частично и в памяти других народов, с историческими событиями социального и культурного плана. Некоторые исторические имена регулярно встречаются в устойчивом контексте, например, Turnvater Jahn (Begrűnder bűrgerliechen Turnbewegurg), der alte Fritz (Friedrich II), заменяются перифразами - der eiserne Kanzler (Bismarck) или вошли в состав фразеологизмов: nach Adam Riese, Это имя автора учебника арифметики (XVI в.) употребляется в значении, сопоставимым с русским «по Малиннику и Буренину»: das Stimmt Nicht nach Adam Riese, т.е. здесь элементарная (арифметическая ошибка).
Имена исторические, имена деятелей обладают «энциклопедическим значением», составляемом знаниями музыкантов об эпохе, роли заслугах – фактах биографии людей. Многие исторические лица стали прообразами литературных персонажей, поэтому их имена приобрели качество литературных имен: Wilhelm Tell, Don Carlos, Wallenstein, ставшие героями Ф.Шиллера. Дон Карлос у Шиллера – благородный юноша, сказавший: «Dreiundzwanzig Jahre, Und nichts fűr die Unsterblichkeit getan!». Подлинный Карлос – испанский инфрант, сын Филиппа ІІ, отличался садизмом и впал в безумие. Персонажи литературных произведений часто «извлекаются» из контекста и становятся своеобразными символами.
Так, Gretchen (Margarete) для русского читателя имя это ассоциируется: белокурая, голубоглазая, наивная немка с косой, уложенной вокруг головы. С фаустовской героиней ассоциируется имя Margarete (она ведь тоже в «контакте» с дьяволом Воландом).
Эта связь имени Маргариты в обыденном сознании с «Фаустом» Гете установилась благодаря популярности оперы Гуно «Фауст». Ассоциации совпадают с ассоциациями коммунистов, воспитанных в немецкой культуре, но там они дополняются и другими представлениями. Об этом свидетельствует слово die Gretchenfrage, оно идиоматично и означает «наивно заданный, но неприятный вопрос, требующий честного признания». Русскому читателю это непонятно, но любой немецкий школьник знает слова Маргариты в «Фаусте» Гете:
Nun sag: wie hast du’s mit der Religion?
Du bist ein hezzlich guter Mann,
Allein ich glаub, du hältst nicht viel davon.
(J. Gocthe, Faust)
Некоторые забытые исторические имена могут вновь приобрести известность благодаря произведениям искусства, персонажи которых носят эти имена.
Имя героя сказки Альберта фон Шамиссо Петер Шлемиль мало известно за пределами культурного ареала Германии. Но там оно известно любому подростку: Петер Шлемиль – символ неудачник, человек, продавший свою тень дьяволу и преследуемый несчастьями.
Соответствующие коннотации сопровождают это имя в обиходе: Wie Peter Schlemiht der Seinen Schatten Sucht (в погоне за ускользающей целью)
Наимение известны за пределам немецкоязычной культуры имена деятелей немецких сказаний и германского эпоса.
Так, у русских имя Барбаросса – если оно известно – ассоциируется с кодовым названием плана войны Германии против СССР (Fall Barbarossa). А в немецких странах Barbarossa = Rotbart (“Красная борода) связано с легендой об императоре Фридрихе Барбароссе (1121-1190), который якобы не умер, а спит со своими воинами в пещере горы Кифхойзер (Kyffhäuser) в ожидании “своего часа”. Эта легенда легла в основу кодового военного названия.
Немецкому читателю понятна парафраза Г.Гейне в поэме “Германия. Зимняя сказка”:
Mit stockendem Atem horche ich him,
Wenn die Alte ernster und leiser
Zu sprechen begann und vom Rotbart sprach,
Von unserem heimlichen Kaiser.
Woht mancher, der sich geborgеn geglaubt,
Und lachend auf seinеm Schob sab,
Ez wird nicht entgehen dem rächenden Strang,
Dem Zorne Barbarossas!
У Г.Гейне Барбаросса, очнувшись от векового сна, отправится добывать свободу Германии, В немецкой литературе встречаются много имен библейского происхождения, воспринимаемых как символы:
Methusalem – Мафусаил (очень старый человек);
Coliath – Голиаф (сверхсильный и большой мужчина);
Thomas der Ungläubige – Фома Неверующий.
Звуковая форма и орфоргафия имен – библеизмов расходятся с русскими, ибо были заимствованы через латынь или через греческий язык: Bathseba – Вирсавия; Matthäus – Матфей;
Nоah – Ной.
Среди литературных имен – символов определенное место следует отнести именам из античного наследия: Odysseus - Одисссей, Circe – Цирцея, Krösus – Крез. Здесь тоже есть имена, которые пишутся и произносятся отличительно от русских аналогов: Pallas Athene – Афина Паллада, Zeus – Зевс, Bacchus – Вакх, Philemоn und Baucis – Филемон и Бавкида.
Следует отметить также и сказочные имена – мифонимы:
Schneewittchen (Cнегурочка), Dornöschtn (спящая красавица).
Они тоже вызывают у знающего читателя ассоциации. например, рассмотрим следующий пасаж в современом немецком романе:
Wer liebt das Schneewittchen und fürchtet, einer könnte sie mit einem Faustschdfg aus dem Dornröschenschlaf küssen? …Wer liebt den König Drosselbart und freut sich, wenn in seinеm Bartgestüpp die Stare nisten (S.Blatter. Mary Long).
2. Имена личные
“Личные имена и фамилии в известной части относятся к бытовой лексике» – пишет А.В. Суперанская. (А.В.Суперанская, Апеллятив – онома// Имя нарицательное и собственное, -М., 1978. –с.17). Личные имена принадлежат к наиболее древним онимам. Фамилии возникли позже.
В современной немецкоязычной культуре человек носит 2 типа имени: личное (Rufname) и фамилию (Familienname). Отчество (Vatersname) в немецкой среде отсутствует. В обиходе словом Name называют фамилию: «Mein Name ist Müller”, “Wie war doch gleich der Name?” – обычный вопрос человека, забывшего фамилию собеседника). В официальных документах, где требуется полное имя, есть графа Vorname und Name, т.е личное имя, фамилия.
При наличии нескольких личных имен подчеркивается основное, то, которым пользуются: (Rufname wird in Personalausweis unterstrichen).
Древнейшие личные имена зародились в VII – IV до н.э. это имена германского происхождения. они составлены из 2-х частей и призваны магически влиять на судьбу человека, дарить ему силу, победу, отвагу, Это “читается” в этимологии сегодняшних имен типа Eberhart (“stark wie ein Eber”, Wolfgang, Bernhart (“stark wie der Bär”).
Во II пол. VIII века в немецкоязычный ареал продвигаются из Италии имена, связанные с христианином: сначала имена из Ветхого завета (Adam др.-евр. “первородный”, Susanne – др.-евр. «лилия»), потом греческие (Andreas “храбрый”, Agathe “добрая”, Katharina “чмстая”, Viktor “победитель”).
Личные имена религиозного содержания создавались из немецких слов и основ: Traugott, Fürchtegott, Gotthold.
Модно стало писать имена с дефисом: Marie – Anne, Rarl Heinz, хоть раньше принято было раздельное написание.
Многие личные имена, особенно длинные, в быту сокращаются: Ulrich – Ulli, Bertolt Bert, Bernhard – Berad, Katharina – Käte, Susanne - Susi. Это гипокористические имена.Фамилии сложились позже, чем имена, Они развились из прозвищных имен – Beinamen, которые имели информацию о происхождении человека, месте рождения: Walter von der Vogelweide, Dietrich von Berne. Прозвищные имена указывали на физические или другие приметы: Freidrich Barbarossa (=Rotbart), Heinrich der löwe.
Прозвище передавалось наследникам и закреплялось в документах. В.Фляйшер указывает, что с XII века начинается массовое появление немецких фамилий в больших городах на западе, на севере, в провинции Ганновер, они были введены в начале XIX века по указу Наполеона.
Родовые имена, фамилии закрепились прежде всего за феодалами. У В.Фляйшнера читаем: «Im Familennamenzusatz kam ihr Besitzezstolz als Herren von Höfen, Burgen, Dörfern, zum Ausdruck. Ihnen folgten in den Städten die Patrizier… Am längsten blieben Dienstboten, Knechte, Mägde ohne Familiennamen. Oft wird als Zusftz zu ihrem Rufnamen der Name “des Dienstherrn” genannt».
Еще в ХVIII веке это положение частично сохраняется. В.Фляйшер приводит в пример действующие лица пьесы Лессинга «Минна фон Бернхельм» (Fräulein von Barnhelm, Major von Tellheim – дворяне, слуги – Just, Franziska). И сегодня домашних слуг в буржуазных кругах обычно называют просто по имени, в отличие от обычного обращения Frau + имя или фамилия, Нerr + имя или фамилия.
Подавляющая часть современных немецких фамилий сформировалась из личных имен (Walter, Hermann, Peters), прозвищ (Bart, Stolz) и наименований профессий, занятий (Müller, Schmidt, Koch, Schulze).

3. Апеллятивы
Личные и фамильные имена могут переосмысляться, становясь нарицательными: Er ist Kleiner Paganini. Фамилия Paganini по терминологии А.В.Суперанской представляет собой окказиональное нарицательное имя, ведь имеется в виду виртуозность скрипача, а не сам Паганини, Есть и другие случаи апеллятивизации имен собственных. Рассмотрим некоторые из них.
Три первоначально личных имени в гипокористической форме Hansel, Steppke, Heine функционируют в разговорном языке как обычные апеллятивы, причем Hansel и Нeini –пейоративы, слова, содержащие сниженную характеристику объекта. Hansel – Hans поясняется словами «jmd., dem man nichts zutraut, den man für unfähig hält”.
Heini – Heinrich, толкуется как бранное слово “dummer ein fältiger Mensch”: ein doofer Heini;
Steppke – Stefan слово скорее ласковое, чем негативно – оценочное, означает “малыш, пацан”: Als ich noch ein kleiner Steppke war, bin ich, wenn mein Vater Fronturlaub hatte, manchmal … dort gewesen. (H.Dittberger “Kuzzuzlaub”).
Личное имя Hans – одно из самых частотных в немецком языке. Вспомним Hans im Gluck, Hänsel und Gretel в сказках братьев Гримм. Народного происхождения нарицательеые наименования, построенные по типу имя + фамилия (прозвище) и содержащие характеристику лица:
Hans Guckindieluft (jmd., der beim Gehen nicht auf den Weg achtet),
Hans Hasenfub (трусишка),
Hans im Glücк (счастливчик)
По образцу сдвоенного имени организовано слово Hansdampf (Ср. рус.: Наш пострел везде успел).
Обобщенно нарицательно употребляются и другие имена. Близки по значению, приводимому в словарях, Suse, Trine, Karline.
Эти имена часто употребляются с прилагательными, значение которых не оставляет сомнения в том, что в целом выражение имеет бранный смысл – alberne, dumme Suse (Trine, Karline).
Народный характер подчеркивает “крестьянская” форма уменьшительных Trine Karline. Выражение keusche Sussanna имеет литературно – библейское происхождение, используется в ироничном знчении «девственница», «дура». Minna – Wilhelmine – нарицательное, обозначение прислуги (unsere treue Minna). Johann – лакей.
Из мужских имен помимо Hans используется Max – разг, небрежно “парень” (der feine Max) и Peter (ein dummer Peter “дурачок”, ein langweiliger Peter – “зануда”), Jakob – “мелкий лавочник”, “мешочник”, Oskar “нахал” (frech wie Oskar).
Приверженность немецкого языка к словосложению проявляется в композитах, имеющих структуру “глагольная основа + личное имя”, все это нарицательные имена насмешливого и бранного характера: Nölpeter – “нытик”,
Quassel peter – “болтун”, Prahlhans – “хвастун”,
Heulliese – “плакса”, Schnatterliese – “балаболка”.
Некоторые слова этого типа применяются для обозначения профессий, часто в пренебрежительном тоне: Zeitungsfrite «продавец газет»,
Apothekerfritze – «служащий в аптеке».
В карикатурах встречается изображение немца в образе наивного простофили, детины в образе старинной одежды (Kniehose) и ночном колпаке (Schlafmütze). Его зовут Michel (der deutsche Michel)
Der deutsche Michel – старинное выражение: «Altes, seit etwa 1.500 nachweisbares Kennwort für den Deutschen, Welches im lobenden ebenso wie im tadelnden Sinne verwendet wird? Der beste deutsche Poet ist in den Augen der lateinischen Welt weiter nichts als ein deutscher Michel (W.Raabe Satiren). Solang ich den deutschen Michel gekannt, War er ein Bärenhäuter (H.Heine
Michel nach dem Mäzz).
Имя Michel – сниженное, просторечное. Оно «намекает» на небесного покровителя немцев архангела Михаила: Ezzengel Michel. В современных нарицательных именах Michel und Lieschen Müller – символ ограниченных мещан – встречаем это имя. В этом же значении употребляется Otto Normalverbraucher. И еще один апеллятив: Jan Maat (Jan-Johann) «матрос».

4. Имена вещей
Во всех упомянутых случаях апеллятивации личное имя переставало обозначать конкретное лицо, но обозначало любого человека, обладающего теми или иными качествами (характер, внешность, профессия). Есть и дугие типы апеллятивации личных имен, когда они называют предметы:
(der) Nicki – (Nikolaus) – «пуловер из бархатистой ткани»;
(der) Heinz – Stiefelknecht – «скамья для снимания сапог».
Сложились устойчивые словосочетания с определяющими прилагательными: die grüne Minna – «полицейская машинадля транспортировки арестованных» (ср. рус. «черный ворон»);
Der blaue Toni (Anton) - «спецовка монтера (голубого цвета).
Имена собственные входят в состав сложных слов – наименогваний вещей: Gretchenfrisur – «прическа с длинными косами, с косой вокруг головы»;
Schubert- Brille – «очки в стальной оправе»;
Molotow – Coctail – «бутылка с горючей смесью»;
Peterwaden, Toniwaden – «полицейская машина».

5. Топоосновы
В основах географических названий разных стран и эпох, как и в антропоосновах, много общего.
Существуют определенные экстралингвистические универсалии, отражающиеся в топонимах, - отсюда типологическое сходство названий разных стран.
Топоосновы, как и антропоосновы, можно разделить на обязательные (императивные) и необязательные (факультативные).
Репертуар первых ограничен материально и ти пологически, репертуар вторых – очень разнообразен, хотя в нем выделяются свои типы, некоторые представлены сотнями и тысячами примеров.
Подобно антропонимам, топонимы можно разделить на естественно возникшие и искусственно созданные.
Естественно возникшие топонимы создавались веками, искусственные топонимы рождаются в канцеляриях, даются вновь созданным или переименованным объектам. Форма их во многом зависит от языкового чутья изобретателя и от его диалектной базы.
Обязательные топоосновы чаще проявляются в названиях физико – географических объектов, а необязательные – в названиях населенных пунктов.
К числу обязательных топооснов относятся различные географические термины – слова, отражающие реально существующие в природе разновидности ландшафта.
Сопоставительный анализ ойконимов показывает, что, как в украинском, так и в немецком языке выделяются 4 основные словообразовательные группы:
1. простые названия населенных пунктов;
2. дериваты;
3. композиты;
4. составные названия.
Среди простых ойконимов выделяются несколько групп.
Прежде всего выделяются названия населенных пунктов, возникшие в результате переосмысления имен нарицательных – самых разнообразных номенклатурных терминов, связанных с рельефом и ландшафтом.
Названия, возникшие в результате метонимического переноса, существуют в топонимии многих языков: укр.: Гай, Диброва, Долина; нем. Stein – «камень», Tral – «долина»; такую метонимию можно нгазвать топонимической.
При топонимической метонимии апеллятив детерминологизируется, теряет свою семантику. Особенно легко топонимизируются диалектные слова или иноязычные заимствования.
Значительная часть немецких простых ойконимов восточных районов ГДР – генетически славянские апеллятивы: Cahuth –полаб. Коруто «копыто», Golf – полаб. Сholm – «холм», Jeser – полаб. Jesero – «озеро».
Некоторые ойконимы возникли путем смыслового сдвига в рамках самой топонимии: наименование перемещается из одного топонимического класса в другой. Название близлежащей долины, холма, реки, переходит на селение. Это транстопонимических образований наиболее многочисленны отгидронимические ойконимы: Seck, Ulfe. Некоторые названия имеют оторонимическое происхождение: Bader, Arras.
Некоторые простые ойконимы возникли в результате эллипса, который играет важную роль в топонимии. Эллипсис является необходимым в метонимических образованиях при переходе первичных описательных конструкций в ойкщнимы. Простые названия возникают путем сжатия составного названия: Abtei – Globe Abtei.
Ойконимы с прозрачной семантикой часто таят в себе опасность ложного истолкования, так как зачастую они возникли в результате ложных трансформаций: укр.: Просика, нем.: Abend – луж. Оbdin «селение Obd-a», Dreibig – луж.
В ойконимах есть деминутивные образования, среди них выделяют 2 группы ойконимов. Одну составляют деминутивы, возникшие из других топонимолв, в частности, названий населенных пунктов, Деминутивные суффиксы присоединяются к простым ойконимам: Born – Börnchen, Schlob- – Schöbchen, Schlössel.
Вторую группу составляют деминутивные ойконимы отапеллятивного происхождения, которые для увеличения дифференцирующих свойств перестраиваются путем расширения специализированными топоформантами: укр.: Бродець, Грушка, Вербка, нем.: Förstchen, Höfchen, Dörfchen.
Суффиксальные композиты немецкой ойконимии отличаются от украинских, Суффиксы в немецких композитах относятся только к конечному компоненту, а не ко всему образованию и не способствуют его интеграции.
Немецкие суффиксы часто представляют собой более поздние наращения: Noundorf и Naundörfchen, Naundörfel и Neustädtel.
Сочинительные композиты представляют собой новый, быстро развивающийся способ создания слов, Они образуются путем соположения двух других ойконимов, каждый из которых этимологически, семантически и структурно автономен: мельники – Мостище, Череш – Зруб, нем.: Altsattel - Barmenitz, Köthensdorf – Reitzemain.
В украинской топонимии сочинительные композиты состоят из простых или производимых компонентов, а в немецком языке – из сложных.

Выводы
Трудную проблему представляет вопрос о семантических особенностях собственных имен, вопрос о том, имеют ли эти имена такое же значение, как и имена нарицательные, а именно: выражают ли они понятие или нет.
Большинство исследователей, принадлежащих к самым разным направлениям, противопоставляют в этом отношении имена собственные именам нарицательным как слова особого рода, не выражающие соответствующих понятий.
Собственные имена, в частности, имена личные не только присваиваются для различения и индивидуализации людей, но и функционируют в языке иначе, чем друние слова, Обычные же слова (не принадлежащие к именам собственным) могут одновременно выступать и как наименования понятий, и как названия реальных предметов, которые послужили материальной основой для обобщения, воплотившегося в соответствующем понятии.
Давая новорожденному ребенку имя, родители обычно руководствуются традицией, модой, индивидуальным вкусом, но не свойствами этого ребенка, относительно которых родители еще ничего не знают. Употребление личных собственных имен в первую очередь преследует цель различения конкретных лиц ( в частности членов одной семьи) и базируется только на предметной отнесенности, но никак не на значении, отображающем то или иное понятие.
Каким – то общественно признанным тем или иным народом содержанием, которое все же нельзя назвать значением в том смысле, в каком этот термин применяется к другим словам языка, пока имя собственное не превратилось в нарицательное, - имена собственные как таковые (в противоположность другим словам) наполняются лишь постепенно, да и то это содержание прочно закрепляется в языке лишь за именами людей, пользуясь всенародной известностью, что в ряде случаев способствует переходу этих имен в нарицательные.
Доказательством четкой демаркационной линии между именами собственными и нарицательными ученый О.Есперсен считает переход имен собственных из нарицательных, а также использование в семейном кругу слов father mother в функции имен собственных.
Именно эти факты говорят о принципиальных различиях между именами собственными и именами нарицательными, ибо всякий переход из одной категории в другую всегда свидетельствует именно о наличии двух, (а не одной категории. Собственные имена представляют собой такую особу групп слов, к которой в гораздо в большей мере, чем к именам нарицательным, применимо понятие «знак».
Специфика собственных имен ясно обнаруживается при использовании имен нарицательных в качестве собственных (а не только при переходе имен собственных в имена нарицательные).
Собственные имена как определенная группа слов в конечном счете восходят к именам нарицательным, т.е. к обычным лексическим единицам языка, выражающим определенные понятия.
Так, фамилии возникли из прозвищ: ср. русское Мельников и Müller.
Mullеr’ом может быть и шофер, и токарь, и учитель.
Прилагательное белый не применимо по отношению к предмету зеленого, синего цвета. Но фамилия Белый может относиться не только к светловолосому, светлоокому, но и к черноволосому, черноглазому.
И дело здесь не в изменении значения и не в применении названия одного предмета по отношению к другому, как это имеет место у имен нарицательных, а в индивидуализирующей - идентифицирующей функции собственного имени, которая существенно отличается от генерализирующей функции обычных слов языка, обозначающих не отдельный конкретный предмет, а понятие, и используемых как названия отдельных единичных предметов и явлений лишь в той мере, в какой каждый отдельный предмет является одновременно и представителем соответствующей разновидности предметов, к которой он принадлежит.
Сочетание имени и фамилии (отчество в немецком, как правило, не употребляется) дает большие возможности индивидуализации, ибо совершенно очевидно, что Hans Mullеr и Peter Mullеr – разные люди.
Индивидуализирующе – идентифицирующая функция, которую в русском языке выполняют отчества в сочетаниии с именемами, в немецком языке выполняется несколькими именами, ср. русск. Алексардр Сергеевич Пушкин и нем. Johann Wolfgang Goothe.
То, что собственные имена связываются с определенными предметами действительности (определенным человеком) “искусственно”, путем договоренности ( и закрепления этой договоренности в соответствующем официальном документе) – неоспоримый факт, совершенно нехарактерный для остальной лексики языка.
То, что собственное имя не служит для выражения понятия определенной категории людей, как это характерно для имен нарицательных (рабочий, учитель, инженер), - столь же очевидный факт, как и то, что личные собственные имена не могут считаться вполне типичными лексическими единицами, ибо по отношению к ним возникает одна проблема обозначения (область ономасиологии), а не обе проблемы – проблема значения и обозначения (область как семасиологии, так и ономасиологии).
Имена собственные остаются словами, лишенными свойств, характерных для большинства лексических единиц языка как средства общения, Если собственные имена близки к знакам, то они все же чисто условными знаками не являются. Ведь каждый знак имеет типичный для него имени знак. Так, во время Великой Отечественной войны советские солдаты немцев называли фрицами, а немцы именовали русских иванами.
Имена собственные принадлежат языку, но входят в его состав как совершенно особая группа.
Пример текста:
Zum Jahrestag der Grossen Sozialistischen Oktoberrevolution. Der ga nze Smolny ist hell erleuchtet. In den Korridoren sind Volksmassen. In allen Zimmern herrscht reges Leben, aber am grössten ist die Memchenflut in einer Ecke des oberen Stockwerks. Dort im letzten Zimmer tagt das Revolutionäre Kriegskomitce.
In der Nacht auf den 25. Oktober (7. November) begann der Aufstand unler der Leitung des Revolutionaren Knegskommitees. Die Rotgardisten und Garnisonstruppen besetzten alle Regierungsgebaude. Bahnhöfe und Postamter. Aus Kronstadt kamen Matrosenabteilungen, aus Helsingfors kamen Mincnscliiffe.
Am selben Tage befand sich schon die ganze Stadt ansser dem Winterpalast und dem Stab des Militärkreises in der Hand der Rotgardisten.
Die Arbeiter — und Bauernregierung siegte. Die Bolscliewiki schufen ein neues Maclitorgan — die Sowjetregierung. Die unterdruckten Massen schufen selbst die Staatsmacht. Sie zerscblugen den alten Staatsapparat und schufen einen neuen Verwaltungsapparat — die Sowjetorganisationen. Der 1.Allrussische Sowjetkongress schuf die Sowjetregierung, das Organ der Diktatur des Prolelariats – der Rat der Volkskommisare unter dem Vorsitz des Genossen LENIN.

Литература
1. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. - М.: Наука, 1973.
2. Левковская К.А. Теория слова. Принципы построения и аспекты изучения лексического материала, - М.: Высшая школа, 1962.
3. Onomastika Slavogermanika. –1974.- IX Band 66.
4. Суперанская А.В. Структура имени собственного, Филология и морфология, - М.: Наука, 1969.
5. Москальская О.И. теоретическая грамматика немецкого языка для институтов и факультетов иностранных языков, - М.: Высшая школа, 1983.
6. Розер Е.В. Немецкая лексика: история и современность.-М.: Высшая школа, 1991.
7. Ардова В.В., Борисова Т.В., Домбровская Н.М. учебник немецкого языка для вузов, - Изд-во 6-: Центр кОм, 1996.


Другие работы по теме: